До недавнего времени полноценное представление о жизни военнопленных я мог составить только на основе фильмов и книг, конечно, в большей мере о военнопленных Красной армии и стран Западной Европы. Советские фильмы о военнопленных немцах и даже помнится один о японцах, построены очень тонко, призванные воспитывать чувство справедливости у советского гражданина. Но вряд ли они вместе с этим сочетают в себе достоверность происходящего с немцами, японцами, а также представителями других наций, которые служили в вермахте, или в армиях своих государств на территории СССР. Так, на территории Харьковской области в лагерях военнопленных находились немцы, японцы, чехи, венгры, мадьяры, поляки, румыны, голландцы, украинцы и русские. Из этих национальностей, только японцы имеют своё, особенное отношение к пребыванию своих солдат и офицеров на территории СССР – это сотни книг с разным уровнем образования, политическими взглядами, но на основе собственного лагерного опыта. В 1998 г. в Японии вышло восьмитомное издание воспоминаний о советском плене подготовленное членами общества «Летописцы военного плена», основной для которой послужили периодические ежегодные сборники, издававшиеся с начала 1960-х годов. Кроме этого, исследования президента Всеяпонской ассоциации бывших военнопленных Сайто Рокуро «Воспоминания о Сибири» и «Песнь о Сибири на склоне лет», которые были награждены в Японии престижными премиями. А кроме этого, ежегодно публикуется сотни статей в периодической печати.

О пребывании японских военнопленных в Харьковской области я впервые узнал ещё в 1995 г. работая на телевиденье и собирая материалы к 50-летию Победы. Местные жители показали даже дорогу, которую прокладывали японцы через гору Кременец. Прошло 18 лет и я листаю архивные документы посвященные, благодаря Игорю Поддубному, который любит загружать меня необычной поисковой работой.

2014-17-01-paramonov1

Ростовская трасса возле Чугуева, частично проложенная японскими военнопленными

Основной массив документальных источников по военнопленным японцам, включая и личные дела военнопленных, находятся на хранении в Российском Государственном военном архиве (г. Москва), далее РГВА. Документы по военнопленным японцам, которые содержались в лагерях на территории Харьковской области, хранятся в четырех основных фондах: Ф. 1п (Управление по делам военнопленных МВД СССР), Ф. 145п (Управление по делам военнопленных МВД Харьковской области), а также Ф. 166п и 167п (Личные дела военнопленных). В настоящее время рассекречены большая часть дел фондов 1п и 145п, за исключением дел оперативного содержания управления лагерей. Фонды с личными делами военнопленных доступны только близким родственникам.

Неизвестно по чьей прихоти, но военнопленные японской армии начали прибывать на территорию Украины в конце 1946 г. и пробыли только до ноября 1947 г. Всего их прибыло в УССР 5132 человека, из них 4859 человек содержались в лагерях и рабочих батальонах, а 273 человека в госпиталях [1]. Большая часть японцев размещалась в Днепропетровской, Донецкой, Запорожской, Луганской и Харьковской областях, а также в Крыму.

Вообще по продовольственному и медицинскому снабжению и обеспечению японские военнопленные приравнивались к военнослужащим тыловых частей Советской армии. Но поскольку японские военнопленные размещались в уже существующих лагерях для военнопленных западных армий, где условия были жесткими, а подчас и нечеловеческими, то и для японцев их создавать не собирались. Именно поэтому смертность в первые месяцы пребывания была очень высокой. Так в питание японцев на Дальнем Востоке старались включать рис, рыбу, овощи, чего в Харькове, Донецке и Днепропетровске в принципе не рассматривалось. Питание состояло главным образом из 400 гр. крупы в сутки на человека. Картофель и другие припасы разворовывались лагерным начальством.

Большинство лагерей представляли собой даже не здания, а землянки на сто и больше человек с нарами в три яруса, и плохой вентиляцией. В лагерях было не только плохое снабжение продовольствием, но и всем необходимым для жизни. Одежда и обувь не возобновлялись, теплые вещи, например свитера, изымались лагерным начальством. Вместо матрасов – ветошь, вместо одеял жалкие лоскуты. Простыни и приличные полотенца были только в госпиталях. Для отопления землянок необходимо было корчевать пни. Но японцам повезло в главном, они поступали в те ОРБ и лагеря, у которых были серьезные подрядчики, обеспечивающие нарядами на работы, необходимым инструментом, а значит, они могли рассчитывать на вполне приемлемое жалование, по сравнению с военнопленными немцами.

В содержании военнопленных японской армии учитывались и особенности их взаимоотношений между рядовыми и офицерами. Как рассказывали очевидцы, рядовые японцы не приступали к работе, пока приказ им не отдавался старшим офицером в партии, который сам в работе не участвовал.

В Харьковской области японцев разместили в уже действующих лагерях для военнопленных №№ 149, 401, 415, 417, а также в Отдельных рабочих батальонах (далее ОРБ) №№ 1551, 1553. Сама задача, которая выполнялась японцами на территории Украины, состояла в строительстве двух основных магистралях Харьков – Симферополь и Харьков – Донецк. Именно поэтому столь незначительное число пленных видели в разных местах Украины за столь короткий срок. Но были и другие объекты, на строительстве которых привлекались японские военнопленные. Так ОРБ № 1551 относился к Харьковскому тресту «Промшахтстрой» Министерства угольной промышленности. Он занимался строительством и восстановлением жилых домов треста, корпусов Горного института, завода «Свет шахтера», деревообрабатывающего завода и завода маркшейдерских инструментов. Умершие военнопленные лагеря хоронились на отведенном участке Краснозаводского кладбища (сегодня № 3 г. Харькова)[2]. О деятельности ОРБ № 1553 пока выявить документы не удалось. Но участки для захоронений военнопленных из этого батальона располагались на Краснозаводском и Змиевском кладбищах (сегодня № 5) г. Харькова.

2014-17-01-paramonov2

Лагерь № 149 был самым крупным лагерем военнопленных Харьковской области, здесь содержались главным образом солдаты и офицеры бывших западных армий. Военнопленные японцы размещались в лагерном отделении № 5 вблизи ст. Новая Бавария, там же близ станции располагалось и кладбище этого отделения, всего на нем похоронено 25 человек в восьми могилах. Сегодня это кладбище закрыто и сравнено по распоряжению Начальника УМВД Харьковской области от 12 декабря 1950 г.[3].

Лагерь № 401 располагался в нескольких отделения по территории Харьковской области, японские военнопленные размещались в л/о № 18 и л/о № 24. Военнопленные этих отделений были заняты на строительстве и восстановлении жилых зданий г. Харькова [4]. Военнопленные похоронены в одиночных могилах в пос. Жихорь и пос. Алексеевка. Эти кладбища также закрыты и сравнены по распоряжению Начальника УМВД Харьковской области от 12 декабря 1950 г.

Лагерь № 415 с управлением в Донецкой области перевел 261 военнопленного японца в отделение, размещенное в г. Изюме в воинскую часть № 2831 4-я дорожно-строительная дивизия (ДСД), которая прокладывала дорогу Изюм – Славянск. Далее те же военнопленные строили дорогу Харьков – Изюм с размещением основного состава в лагерном отделении № 5 в г. Харькове [5]. Несколько военнопленных японцев были похоронены на Филипповском кладбище (сегодня № 10), основная часть военнопленных лагеря была похоронена на Краснозаводском кладбище.  Лагерные отделения располагались также в л/о № 1 в г. Чугуев (на отведенном кладбище в 1947 г. похоронено 35 человек), л/о № 2 в г. Изюме (на отведенном кладбище похоронено 37 человек). Другие отделения лагеря располагались в Донецкой области [6].

Лагерь № 417 с управлением в г. Днепропетровске, строил автомагистраль Харьков – Симферополь. На территории Харьковской области располагались следующие отделения: № 1 в пос. Покотиловка; № 2 в г. Мерефа и полустанок 10 км; № 3 в г. Краснограде; № 9 в г. Харькове. В каждом отделении имелось свое собственное кладбище. Сведения о захоронении  военнопленных имеются только по лагерному отделению № 9. Захоронения военнопленных производились на отдельном участке Краснозаводского кладбища. Лагерь был закрыт 5 марта 1947 г. часть его военнопленных была переведена в неизвестную воинскую часть г. Балаклея [7].

Помимо кладбищ лагерных отделений и ОРБ в Харьковской области были отдельные кладбища при специальных госпиталях для военнопленных. Основная часть заболевших военнопленных японцев была захоронена при кладбище спецгоспиталя № 5367 в пос. Высокий Харьковского района [8]. Сведений о захоронении военнопленных японцев в спецгоспиталях №№ 1233 (пос. Буды), 5993 (пос. Барвенково), 5366 и 5984 г. Купянск пока выявить не удалось.

К 1 ноября 1948 г. в Харьковской области осталось только 4 японца (находились на излечении в госпитале), остальные были отправлены на Дальний Восток [9].

К концу 1960-х годов существовало только одно  кладбище на территории г. Харькова, которое официально подтверждало наличие захоронений японских военнопленных – бывшее Краснозаводское кладбище (№ 3) г. Харькова. Однако все могильные холмики уже были смыты, металлические знаки утрачены, распоряжение по его содержанию не выполнялось. К 1971 г. официально это кладбище прекратило существование [10].

1. Общее число военнопленных японцев в СССР составляло 616 886 человек.

2. РГВА. – Ф. 145п, оп. 15, ед. хр. 1.

3. РГВА. – Ф. 1п, оп. 05е, ед. хр. 2029.

4. РГВА. – Ф. 1п, оп. 05е, ед. хр. 2046. – Лл. 61–62.

5. РГВА. – Ф. 1п, оп. 07е, ед. хр. 1098. – Лл. 172, 178.

6. РГВА. – Ф. 1п, оп. 05е, ед. хр. 2046. – Лл. 20–50.

7. РГВА. – Ф. 1п, оп. 15а, ед. хр. 309. – Лл. 1–19.

8. РГВА. – Ф. 145, оп. 31, ед. хр. 13.

9. РГВА. – Ф. 1п, оп. 07е, ед. хр. 1134.

10. РГВА. – Ф. 1п, оп. 05е, ед. хр. 2046.

Эта запись была опубликована 25.04.2015в 13:12. В рубриках: ВВВ 1941-1945. Вы можете следить за ответами к этой записи через RSS 2.0. Комментарии пока закрыты, но Вы можете оставить трекбек со своего сайта.

Комментарии закрыты.